Пожалуйста, авторизуйтесь!
Вспомнил
через соц. сети: Регистрация Вы врач?
Введите свой адрес электронной почты и мы вышлем вам ссылку для восстановления пароля
На этот адрес электронной почты выслана ссылка для восстановления пароля
Необходимо указать логин и пароль.
Эл. почта введена неверно. Попробуйте еще раз.
Пароль неверный. Напомнить пароль?
Укажите адрес электронной почты.
Пользователь с таким email не найден
МедКруг / Здоровье А...Я / Педиатрия / Аутизм / Обсуждения / Психическое здоровье как объект права.

Психическое здоровье как объект права.

Gennady1, пишет 21 февраля, 08:17
Краснодар

Год:

2006

Автор научной работы:

Курбанов, Магомедсалам Акмагомедович

Ученая cтепень:

кандидат юридических наук

Место защиты диссертации:

Москва

Код cпециальности ВАК:

12.00.03

Специальность:

Гражданское право; предпринимательское право; семейное право; международное частное право

Количество cтраниц:

182

Оглавление диссертации кандидат юридических наук Курбанов, Магомедсалам Акмагомедович

Введение.

Глава 1. Психическое здоровье как объект гражданских правоотношений.

§ 1. Гражданско-правовые отношения в сфере психического здоровья: исторический аспект.

§ 2. Психическое здоровье гражданина как медицинское понятие.

§ 3. Психическое здоровье как гражданско-правовая категория.

Глава 2. Гражданско-правовые аспекты оказания психиатрической помощи как медицинской услуги.

§ 1. Гражданско-правовые отношения при оказании психиатрической помощи.

§ 2. Гражданско-правовые способы охраны права на психическое здоровье граждан.

§ 3. Гражданско-правовая защита права на психическое здоровье граждан.

Введение диссертации (часть автореферата) На тему "Гражданско-правовое регулирование и защита права граждан на психическое здоровье"

Актуальность темы исследования определяется, прежде всего, тем, что проводящиеся на сегодня научные исследования в сфере правового обеспечения охраны здоровья преимущественно касаются лишь физического (соматического) здоровья. Однако, исходя из того, что человек является не только биологическим, но и социальным существом, наделенным тонкой психической организацией, именно сфера охраны психического здоровья и ее правового обеспечения должна стать объектом повышенного научного интереса. Ведь только такой подход обеспечит полноту и системность научных исследований и будет содействовать более глубокому научному пониманию лица как субъекта соответствующего общественного отношения, предоставит возможность исследовать его сущность, обеспечить реализацию потребностей и интересов в сфере психического здоровья.

2001 год - первый год XXI столетия объявлен Всемирной организацией здравоохранения годом психического здоровья. Во всех странах мира проводились различные мероприятия по проблемам охраны и укрепления психического здоровья. Для России эта проблема более чем актуальна. За последнее десятилетие в стране отмечается беспрецедентный рост числа, прежде всего, непсихотических психических расстройств, расстройств личности, обращений граждан за оказанием психиатрической помощи1. Кроме того, особенно остро стоит проблема обеспечения механизма реализации правовых норм по оказанию психиатрической помощи, что обуславливает актуальность провозглашенного исследования. Следует констатировать недостаточность и несовершенство правовой базы по данному вопросу. Принятый в 1992 году Закон РФ «О психиатрической помощи и гарантияхправ граждан при ее оказании» (далее - Закон) и ряд приказов Минздравсоцразвития РФ не способны обеспечить комплексное решение всех вопросов, касающихся регулирования и защиты общественных отношений, возникающих по поводу

1 Полищук Ю.И. Вопросы психического здоровья и психиатрической помощи на страницах российской прессы // Независимый психиатрический журнал - 2001. № 2. - С. 23-27. психического здоровья человека. В свою очередь, имеющиеся противоречия между данным Законом и иными нормативно-правовыми актами создают ряд проблем и несогласованностей в отношении единообразия в применении норм. Так, некоторые положения Закона находятся в противоречии с Основами законодательства РФ об охране здоровья граждан (далее - Основы), с Федеральным законом «О социальном обслуживании граждан пожилого возраста и инвалидов» и др. Например, согласно ч.4 ст. 31 Основ, гражданин имеет право непосредственно знакомиться с медицинской документацией, отражающей состояние его здоровья, и получать консультации по ней у других специалистов. По требованию гражданина ему предоставляются копии медицинских документов, отражающих состояние его здоровья, если в них не затрагиваются интересы третьей стороны. В то же время, Закон в ст.9 оставляет за врачом право выбора: он может предоставить, а может и не предоставить такие сведения самому пациенту либо его законному представителю. Поэтому пациенты оказываются в положении, когда сведения о них самих становятся, недоступными в первую очередь, для них же самих.

Степень научной разработанности темы исследования. Отдельные вопросы правового обеспечения охраны психического здоровья затрагиваются в специализированной психиатрической литературе JI. А. Айзенбергом,

A.О. Бухановским, О.С. Васильевой, Е. И. Григорьянцом, И. Я. Гуровичем, Б. Гудом, Р. Дежарле, В. Демчуком, А. С. Дмитриевым, Т. Б. Дмитриевой, А. Кляйнманом, Л.Коганом, В. П.Котовым, Ю. Кутявиным, И. А. Литваком, Г.

B. Морозовым, Я. М. Неплохом, Н. Татаркиной, Б. В. Шостаковичем, и другими учеными. Но все эти исследования касались преимущественно определения природы и механизма поддержания, нарушения и восстановления психического здоровья, с точки зрения медицины и, в частности психиатрии, то есть проблем психического здоровья лиц, страдающих психическими расстройствами, их обследования и лечения.

Проблемы гражданской правосубъектности лиц, страдающих психическими расстройствами, исследовались Л.Я. Ивановой.1 При описании правового положения лиц, страдающих психическими расстройствами, а также правового регулирования имущественных отношений с участием граждан, страдающих психическими расстройствами, указанный автор не рассматривал право граждан на психическое здоровье как первостепенное естественное право, не затрагивал вопросы гражданско-правового регулирования и защиты прав граждан при оказании психиатрической помощи. Также проблемам психического здоровья и его правового обеспечения посвящены работы С. В. Бородина, С. В. Полубинской, М. Н. Малеиной, JI. Мельниковой, Ю. Д. Сергеева, Ю.В. Попова, М. Г. Хазина и др. Однако подавляющее большинство исследований указанных авторов было посвящено уголовно-правовым аспектам, защите имущественных прав психически больных, производству судеб-но-психиатрической экспертизы или же защите права на психическое здоровье в контексте права на здоровье. Изучение правового понятия регулирования и охраны права на психическое здоровье с позиции цивилистики является не только актуальным, но и новым этапом в раскрытии содержания правового понимания психического здоровья человека.

Цель диссертационного исследования заключается в теоретической разработке предложений по гражданско-правовому регулированию и защите права на психическое здоровье граждан, формированию юридического механизма управления отраслью, совершенствованию действующего Закона РФ «О психиатрической помощи и гарантиях прав граждан при ее оказании», а также других актов, относящихся к данной проблеме.

Задачами исследования являются: - анализ норм гражданского законодательства, регулирующих правовое положение лиц, страдающих психическими расстройствами, в историческом аспекте;

1 Иванова Л.Я. Гражданская правосубъектность лиц, страдающих психическими расстройствами: Автореф. дис. .канд. юрид. наук. - Екатеринбург, 1993. - 19 с.

- рассмотрение психического здоровья как неотчуждаемого и непередаваемого нематериального блага;

- анализ психиатрической помощи как средства обеспечения права человека на психическое здоровье;

- рассмотрение актуальных вопросов юридической регламентации проведения медицинских экспериментов с участием лиц, страдающих психическими расстройствами, проблемы информированного согласия в психиатрии;

- анализ гражданско-правовых форм и способов защиты права на психическое здоровье.

Объектом исследования является неотчуждаемые права человека на # психическое здоровье и связанные с ними общественные отношения, возникающие при оказании психиатрической помощи в России, рассматриваемые как с точки зрения исторической ретроспективы, так и с позиций современного состояния регулирования вопросов здравоохранения в стране.

Предмет исследования составили нормы законодательства, регулирующие отношения, возникающие между исполнителем и потребителем медицинских услуг; гражданско-правовые основы оказания психиатрической помощи в России и ее исторические аспекты; правоотношения, возникающие в сфере оказания психиатрической помощи; вопросы совершенствования нормативно-правовой базы законодательства в области психиатрии.

Методологической основой исследования являются принципы познания социальных явлений в их историческом развитии, а также взаимосвязи и взаимообусловленности, с точки зрения теории и практики.

Гражданско-правовой характер диссертационного исследования, выполненного на основе норм различных отраслей права (конституционное, административное, уголовное и др.), а также с учетом данных медицины и прежде всего психиатрии, биоэтики, предопределяет использование метода ф междисциплинарного анализа, в рамках которого методы, свойственные различным областям научных знаний, синтезируются в единый методологический подход. В работе использованы такие частно-юридические методы исследования, как: формально-юридический, сравнительно-правовой, системно-правовой, конкретно-исторический, логический, анализа и толкования правовых актов и др.

Теоретическую основу исследования составили труды ученых в области права различных научных направлений: Ю.Н. Аргуновой, М.И. Бра-гинскиго, А.В. Бенедиктова, В.В. Витрянского, К.Ф. Егорова, А.Г. Калпина, В.П. Котельниковой, JI.0 Красавчиковой, JI.A. Лунца, Н.С. Малеина, М.Н. Малеиной, А.И. Масляева, И.Б. Новицкого, В.Б. Первомайского, Ю.В. Савицкой, В.П. Сальникова, С.Г. Стеценко, Р.А. Стефанчука, Е.А. Суханова, А.В.Тихомирова, М. К. Треушникова, К.Б. Ярошенко и др.

При подготовке диссертационной работы использовались труды специалистов в области медицины, биомедицинской этики, философии: В.И. Акопова, Н.А. Бердяева, Б.С. Братуся, С.Я. Бронина, А.О Бухановского, Л.Н.Виноградовой, А.И. Зеличенко, В.А. Лекторского, Ю.С. Савенко, Н.В.Спиридоновой и др.

Правовую базу исследования составляют международные правовые акты, Конституция РФ, нормативные правовые акты Российской Федерации, законодательство бывшего СССР, Российской империи, зарубежное законодательство, регулирующие общественные отношения в сфере медицинской деятельности.

Эмпирическую базу исследования составляют материалы, связанные с обращениями граждан в Российский исследовательский центр по правам человека; в Независимую психиатрическую ассоциацию России по поводу нарушения их прав при оказании им психиатрической помощи или в связи с наличием у них психического расстройства; материалы судебной практики по рассмотрению исков и жалоб граждан защищающих право на психическое здоровье, материалы архивных гражданских дел, рассмотренных судами города Москвы в 2001-2005г.; результаты социологического одномоментного анонимного исследования методом сплошного опроса медиков и пациентов различных психоневрологических диспансеров и психиатрических больниц г. Москвы.

Научная новизна диссертации. Настоящее диссертационное исследование представляет собой одно из первых в гражданско-правовой науке исследований правового регулирования и защиты прав граждан на психическое здоровье. Психическое здоровье как объект и как первостепенное нематериальное неотчуждаемое благо до настоящего времени оказалось вне должного внимания гражданско-правовой науки. По этой причине, как свидетельствует практика (медицинская, судебная), в нашей стране имели и имеют место массовые злоупотребления в целях умаления права гражданина на психическое здоровье, как в политических, так и в имущественных интересах других лиц. В связи с этим внесены предложения по изменению правовых норм специального законодательства в целях решения названных проблем, предложен юридический механизм управления наряду применяющего экономического, медицинского. Произведен углубленный анализ правового пространства рынка медицинских услуг по оказанию психиатрической помощи, в ходе которого скорректированы принципы оказания психиатрической помощи и механизмы их реализации в целях определения правового положения лиц, страдающих психическими расстройствами. В научный оборот вводятся критерии правомерности проведения медицинских экспериментов с участием пациентов с психическими расстройствами, дается понятие добровольного информированного согласия при оказании психиатрической помощи, разработаны минимальные стандарты информации, предоставляемой пациенту. Выявлены диспропорции в юридическом и фактическом содержании отношений в связи с оказанием психиатрической помощи.

Основные положения, выносимые на защиту:

1. Оказание психиатрической помощи следует рассматривать как медицинскую услугу в гражданско-правовом понимании, как и оказание других видов медицинской помощи, что подразумевает необходимость заключения договора.

2. Условиями правомерности заключения договора о предоставлении медицинских услуг по оказанию психиатрической помощи в добровольном порядке являются: а) добровольное информированное согласие нуждающегося в оказании психиатрической помощи или его законного представителя; б) отражение в договоре условий содержания и ухода с учетом психического состояния пациента и иных критериев (пола, возраста и т.д.); в) наличие индивидуально разработанного плана лечения и ухода за пациентом, который обсуждается с пациентом или его законным представителем и по мере необходимости изменяется; его выполнение должно быть обеспечено квалифицированным медицинским персоналом; г) лечение не должно быть направлено на наказание лица, страдающего психическими расстройствами, или осуществляться в интересах других лиц; д) гарантиясоблюдения прав и законных интересов пациента в период оказания ему психиатрической помощи.

Предлагается авторская интерпретация «добровольного согласия» на оказание психиатрической помощи:

Добровольный порядок психиатрического обследования, диагностики, лечения и медико-социальной реабилитации предусматривает информированное согласие волеспособного лица, полученное свободно, без угроз или принуждения, либо согласие его законного представителя».

3. Каждому пациенту должен быть предоставлен фиксированный "минимальный стандарт" информации с учетом особенностей конкретного клинического случая. Такое предоставление целесообразно закрепить нормативно. Как представляется, "минимальный стандарт" должен отвечать следующим условиям: а) быть подготовленным на основе единого для данного вида медицинского вмешательства образца документа; б) быть предоставленным в печатном форме; в) быть составленным в 2-х экземплярах, один из которых передается пациенту, а другой приобщается к истории болезни и находится в лечебном учреждении; г) факт его получения должен быть удостоверен подписями пациента (или его законного представителя) и лечащего врача.

Под добровольным информированным согласием при оказании психиатрической помощи следует понимать добровольное и осознанное принятие пациентом предлоэ/сенного варианта лечения, основанное на получении им полной, объективной, всесторонней и достоверной информации по поводу предстоящего лечения, его возможных ослоэ/снений и альтернативных методов лечения.

Внедрение концепции информированного согласия позволит создать реальную основу, при которой сфера охраны здоровья граждан будет функционировать в условиях соблюдения и уважения прав и свобод человека. Добровольное информированное согласие представляет собой средство, позволяющее предотвращать нарушения прав граждан при оказании психиатрической помощи.

4. Ст. 9 Закона о психиатрической помощи в отличие от ст. 61 Основ законодательства РФ об охране здоровья граждан дает свое определение врачебной тайны, сужая объем составляющих ее сведений. Закон не включает иные полученные от гражданина сведения конфиденциального характера. Что касается вопроса о предоставлении сведений, составляющих врачебную тайну, самому лицу, страдающему психическими расстройствами, либо его законному представителю, то Закон предоставляет право врачу самому решать вопрос об объеме такой информации, учитывая психическое состояние пациента. В данном случае граждане, обратившиеся за информацией, оказываются в положении, когда сведения о них самих оказываются им недоступными, что приводит к существенному нарушению их прав и законных интересов.

В связи с этим автор предлагает внести изменения в статью 9 Закона и дополнить ее частью второй, изложив в следующей редакции:

Сведения о наличии у гражданина психического расстройства, факте обращения за психиатрической помощью и лечением в учреждение, оказывающее такую помощь, а также иные сведения, полученные при его обследовании и лечении, являются врачебной тайной, охраняемой законом. Для реализации прав и законных интересов лица, страдающего психическим расстройством, по его просьбе либо по просьбе его законного представителя им предоставляются сведения о состоянии психического здоровья данного лица и об оказанной ему психиатрической помощи в письменной форме.

Лица, виновные в разглашении сведений, составляющих врачебную тайну, несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации».

5. Критериями правомерности проведения медицинских экспериментов с участием пациентов с психическими расстройствами в качестве испытуемых являются: 1) добровольное информированное согласие дееспособного испытуемого на проведение эксперимента; 2) соблюдение прав и законных интересов пациента; 3) научная обоснованность испытания, 4) достаточность клинической (лабораторной) базы; 5) наличие необходимой квалификации врачей-исследователей; 6) приоритет интересов испытуемого над целями исследования (минимизация риска), 7) наличие положительного заключения этического комитета; 8) адекватная компенсация участникам медицинского эксперимента.

6. Указанные в статье 12 ГК РФ способы защиты гражданских прав не в полной мере способствуют удовлетворению потребностей граждан в защите своих прав при оказании психиатрической помощи. Вред, причиненный здоровью, и, в том числе психическому здоровью, не возместим в полном объеме правовыми средствами. Поэтому реальным способом защиты такого нематериального блага как психическое здоровье является пресечениедействий, создающих угрозу нарушения прав, которое позволит не допустить наступления вредных последствий для здоровья.

В связи с этим автор предлагает дополнить статью 12 Гражданского кодекса РФ новым абзацем изложив его в следующей редакции: «пресечение действий, создающих угрозу нарушения права». Теоретическая значимость работы заключается в том, что сформулированные в ней положения и выводы вносят определенный вклад в совершенствование правового регулирования медицинской деятельности. Полученные результаты дополняют разделы гражданского, а также медицинского права. Выполненная на стыке гражданского права и медицины диссертация по-новому освещает роль и значение юридической регламентации оказания медицинской помощи. Полученные сведения свидетельствуют о необходимости приведения норм об охране здоровья граждан в соответствие с существующими реалиями.

Практическая значимость исследования проявляется в том, что материалы диссертационной работы могут быть использованы для дальнейшей разработки теоретических проблем гражданского права, при совершенствовании законодательства, регулирующего правовое положение граждан, страдающих психическими расстройствами, в работе по устранению противоречий в нормативно-правовой базе по вопросам охраны здоровья граждан, а также при разработке учебной литературы и чтении лекций по курсу «Гражданское право», «Медицинское право» для юристов и медиков.

Апробация результатов исследования. Теоретические выводы диссертационного исследования докладывались на всероссийской научно-практической конференции «Актуальные проблемы правового регулирования медицинской деятельности» (Москва, 2004 г.); на международной конференции молодых учёных «Третьи осенние юридические чтения студентов и аспирантов» (г. Хмельницк, Украина, 2004г.); на международной конференции молодых учёных «Четвертые осенние юридические чтения студентов и аспирантов» (г. Хмельницк, Украина, 2005г.).

Основные положения и выводы диссертационной работы нашли отражение в шести опубликованных работах: 1) Гражданско-правовые отношения в сфере психического здоровья: исторический аспект // Независимый психиатрический журнал. - 2004, № I. С. 52-56; 2) Проблемы гражданско-правовой защиты психического здоровья граждан // Альманах гуманитарных исследований. -2003, № 1. С. 182-188; 3) Психиатрический диагноз как правовая категория // Ракурс. - 2003. № 3. С. 4-6.; 4) Исторические аспекты развития российского гражданского законодательства о правовом положении душевнобольных и слабоумных // Актуальные проблемы правового регулирования медицинской деятельности. - 2004, С. 184- 188; 5) Гражданско-правовые основы юридического конфликта при оказании психиатрической помощи // Зб1рник тез М1жнародно Науково Конференщ молодих вчених - 2004. - С. 177-180. 6) Представительство граждан, которым оказывается психиатрическая помощь //Зб1рник тез М1жнародно Науково Конференщ молодих вчених -2005. - С.205 -207

Материалы диссертации использовались при чтении лекций по курсу «гражданского права и процесса» для студентов Московского государственного университета технологий и управления (МГУТУ), а также в консультативно-экспертной работе в Российском исследовательском центре по правам человека (г. Москва); в Независимой психиатрической ассоциации России (г. Москва).

Структура диссертации. Диссертационная работа состоит из введения, двух глав, включающих шесть параграфов, заключения и списка использованной литературы. В приложении приведена анкета и результаты анкетирования.

Заключение диссертации по теме "Гражданское право; предпринимательское право; семейное право; международное частное право", Курбанов, Магомедсалам Акмагомедович

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Процесс оказания психиатрический помощи гражданам непосредственно связан с вопросами регулирования личных неимущественных отношений. Особое место в системе законодательства об охране здоровья граждан занимают нормы гражданского законодательства. Они регулируют две взаимодействующие сферы отношений: связанные с оказанием медицинских услуг и связанные с применением специальных гражданско-правовых способов защиты прав граждан. Охрана личных неимущественных прав, в том числе на оказание услуг достигается регулированием поведения иных лиц, которые не должны препятствовать осуществлению личных прав или незаконно вторгаться в сферу частной жизни гражданина. Отношения медицинское учреждение - пациент возникают из договора на оказание услуг (специализированной медицинской помощи) и являются предметом гражданско-правового регулирования. По договору одна сторона - лечебно-профилактическое учреждение принимает на себя обязательство по предоставлению другой стороне - пациенту своевременной и квалифицированной медицинской помощи в соответствии с действующими правилами обусловленными спецификой оказываемых услуг.

Отличительной чертой медицинских услуг по поводу психического здоровья как гражданско-правовых услуг, является то, что соответствующие объекты обращаются не для извлечения сторонами отношений обоюдной выгоды материального свойства; выгода одной стороны всегда обращена к пользе нематериального характера, к пользе для здоровья. Если в других сферах гражданско-правовых услуг экономический оборот осуществляется не во вред здоровью, с обеспечением безопасности товаров, работ, услуг для жизни и здоровья человека, то в сфере охраны здоровья осуществляется воздействие на него к пользе для здоровья.

Таким образом, медицинская услуга и психическое здоровье являются объектами гражданско-правового обеспечения при оказании психиатрической помощи наряду с другими объектами, обращающимися в экономическом пространстве в сфере охраны здоровья. Право на психическое здоровье распространяется на свободу личного усмотрения, преследования субъективных интересов и удовлетворения субъективных потребностей в отношении психического здоровья как средства осуществления индивидом самостоятельного поведения.

Право на психическое здоровье является естественным правом человека. Его нельзя запретить, лишить этого права его носителя или ограничить в этом праве. Им обладают и психически здоровые и больные. В этом смысле право на здоровье ассоциировано с правом на жизнь, следуя ему, и понятием правоспособности. Ограничение или утрата дееспособности не лишает и не умаляет права на здоровье, как и самого этого блага.

Право на здоровье, в том числе и на психическое, не зависит от состояния такого объекта прав в натуре. Лицо с психическими расстройствами не приобретает сужения объема права на объект.

Более того, состояние этого объекта определяется усмотрением обладателя права на него. Право на психическое здоровье - не обязанность следить за здоровьем и поддерживать его в заданном состоянии.

Любое понуждение к укреплению или восстановлению психического здоровья, мотивированное извне объективными интересами его обладателя или интересами общества и государства, является посягательством на право индивида. Иными словами, если каждый имеет право на психическое здоровье, это означает, что каждый имеет право не прибегать к медицинской помощи по факту психической болезни и не принимать медицинскую помощь против своей воли или не в согласии с ней, за исключением случаев, указанных в законе (ст. 29 Закона о психиатрической помощи).

В частных отношениях личная неприкосновенность может быть преодолена только в той мере, в какой это допускает ее обладатель.

Таким образом, право на психическое здоровье следует праву на личную неприкосновенность.

Праву на психическое здоровье следует и неразрывно с ним связанное право на информацию о состоянии своего здоровья, предусмотренное ст.31 Основ законодательства РФ об охране здоровья граждан и ст.9 Закона о психиатрической помощи. Непредоставление, предоставление недостоверной или недостаточной информации о здоровье умаляет свободу пользования правом на психическое здоровье.

С правом на информацию о состоянии здоровья, как и с правом на личную неприкосновенность, корреспондируется право на конфиденциальность информации о здоровье в рамках конституционно установленного права на неприкосновенность частной жизни и личную тайну.

Таким образом, каждый обладатель права на психическое здоровье имеет право на психическую неприкосновенность, право на информацию о своем здоровье и право на конфиденциальность такой информации.

Психическое здоровье как правовая категория нуждается в оформлении жесткости его защиты и свободы охраны, где режим свободы рассматривается как свобода личного усмотрения, преследования субъективных интересов и удовлетворения субъективных потребностей в отношении психического здоровья.

В связи с этим диссертант вносит предложения по совершенствованию законодательства:

1) Дополнить Закон новой статьей «Презумпция отсутствия у лица психического расстройства» изложив ее следующей редакции:

Каждое лицо считается не имеющим психического расстройства, пока наличие такого расстройства не будет установлено в предусмотренном законом порядке».

2) Дополнить часть 2 статьи 1 Закона: а таю/се презумпции отсутствия у лица психического расстройства при его участии в гражданских правоотношениях в качестве их субъекта, обеспечение функционирования гражданско-правовых норм, устанавливающих гарантии и механизм осуществления гражданских прав, равенства перед законом, защиты чести и достоинства граэ/сдан независимо от степени расстройства психического здоровья, гарантированность доступности оказания психиатрической помощи, осуществление ее на основе принципа наименее ограничительной альтернативы при выборе форм оказания психиатрической помощи.

3) Внести изменения в редакцию абзацев второго и третьего ст.39 Закона: обеспечить находящихся в психиатрическом стационаре пациентов необходимой медицинской помощью и содерэ/санием с учетом пола, возраста и психического состояния; предоставлять возмоэ/сность ознакомления с текстом настоящего Закона, правилами внутреннего распорядка, с информацией о порядке и условиях оказания психиатрической помощи, в данном психиатрическом стационаре, адресами и телефонами государственных и общественных органов, учреждений, организаций и должностных лиц, к которым можно обратиться в случае нарушения прав пациентов ».

4) Внести дополнения в часть 3 статьи 10 Закона:

Лечение каждого пациента должно обеспечивать сохранение и развитие автономности личности».

5) Внести дополнения в часть 1 статьи 24 Закона:

В случаях, предусмотренных пунктом "а" части четвертой и частью пятой ст. 23 настоящего Закона, решение о психиатрическом освидетельствовании лица без его согласия или без согласия его законного представителя принимается врачом-психиатром самостоятельно, с последующим уведомлением судьи в течение 24 часов».

6) Дополнить новым предложением часть 2 статьи 27 Закона:

По ходатайству лица, в отношении которого решается вопрос об установлении или прекращении диспансерного наблюдения, либо его законного представителя в состав комиссии по освидетельствованию включается любой врач-психиатр, имеющий право на ведение психиатрической практики, если на то есть его согласие».

7). Внести изменения в редакцию части 2 статьи 34 Закона:

Лицу должно быть предоставлено право лично участвовать в судебном рассмотрении вопроса о его госпитализации в недобровольном порядке. Если по сведениям, полученным от представителя лечебного учреждения, психическое расстройство лица является тяэ/селым, что не позволяет ему лично участвовать в рассмотрении вопроса о его госпитализации в помещении суда, то заявление о госпитализации рассматривается судьей в психиатрическом учреждении. В случае, если по заявлению представителя психиатрического учреждения присутствие лица при судебном рассмотрении вопроса о его госпитализации в недобровольном порядке может нанести вред его здоровью, судья вправе вынести мотивированное постановление о рассмотрении дела в отсутствии данного лица".

8) Внести изменения в редакцию статьи 9 Закона и дополнить ее частью второй:

1) « Сведения о наличии у граэ/сданина психического расстройства, фактах обращения за психиатрической помощью и лечении в учреэ/сдении, оказывающем такую помощь, а такэ/се иные сведения полученные при его обследовании и лечении, являются врачебной тайной, охраняемой законом. Для реализации прав и законных интересов лица, страдающего психическим расстройством, по его просьбе либо по просьбе его законного представителя им предоставляются сведения о состоянии психического здоровья данного лица и об оказанной ему психиатрической помощи в письменной форме.

2) Лица, виновные в разглашении сведений, составляющих врачебную тайну, несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации».

9) Внести дополнения в часть 5 статьи 11 Закона:

В отношении лиц, указанных в части четвертой настоящей статьи, применение для лечения психических расстройств хирургических и других методов, вызывающих необратимые последствия, а также проведение испытаний медицинских средств и методов не допускается, за исключением случаев применения с согласия законного представителя и уполномоченного органа в порядке медицинского эксперимента новых средств и методов лечения при непосредственной угрозе жизни или здоровью пациента, не способного дать информированное согласие».

10) Дополнить часть 1 статьи 7 Закона изложив ее в следующей редакции: Гражданин при оказании ему психиатрической помощи вправе пригласить по своему выбору представителя для защиты своих прав и законных интересов. Представитель при оказании граэюданину психиатрической помощи, действует в пределах полномочий, предоставленных ему этим гражданином. Оформление представительства производится в порядке, установленном гражданским и гражданским процессуальным законодательством Российской Федерации».

11) Дополнить абзац второй частью 2 статьи 44 Закона изложив его в следующей редакции:

Выписка их психоневрологического учреждения для социального обеспечения или специального обучения производится: по личному заявлению лица при наличии заключения врачебной комиссии с участием врача психиатра о том, что по состоянию здоровья лицо способно проживать самосто

1 комментарий

  • Пишет Gennady1
    , 21 февраля, 08:23

    Психическое расстройство как разновидность вреда, причиненного здоровью потерпевшего. Статьи по предмету Уголовное право

    Вернуться к списку статей по юриспруденции

    ПСИХИЧЕСКОЕ РАССТРОЙСТВО КАК РАЗНОВИДНОСТЬ ВРЕДА, ПРИЧИНЕННОГО ЗДОРОВЬЮ ПОТЕРПЕВШЕГО

    С.Н. ШИШКОВ


    В следственной, судебной и экспертной практике по делам о причинении вреда здоровью в виде психического расстройства возникает немало сложных вопросов, которые вызваны несовершенством норм действующего УК.

    В нем, по сравнению с предыдущим Кодексом (УК РСФСР 1960 г.), претерпела изменения законодательная терминология.
    Так, ключевой для рассматриваемой категории преступлений термин "телесное повреждение" прежнего УК заменен другим - "вред здоровью". Положительные стороны произведенной замены усматривают в следующем. Понятие "вред здоровью", являясь более широким по содержанию, позволяет охватить не только собственно телесные повреждения, т.е. нарушения анатомической целостности или физиологических функций органов и тканей, но также психогении (психические расстройства, вызываемые психической травмой), заболевания инфекционного или токсического происхождения и ряд других болезненных расстройств, способных стать следствием преступления <1>.
    --------------------------------
    <1> Курс российского уголовного права. Особенная часть / Под ред. В.Н. Кудрявцева, А.В. Наумова. М., 2002. С. 166; Учебно-практический комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации / Под общей ред. А.Э. Жалинского. М., 2005. С. 332.

    Эта терминологическая замена произведена наряду с другими редакционными изменениями, которые, однако, не освободили УК от логических противоречий и недостатков. Например, ст. 111 начинается со слов: "Умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека или повлекшего за собой потерю зрения, речи, слуха либо какого-либо органа или утрату органом его функций, прерывание беременности, психическое расстройство...". Из приведенного текста следует, что нечто, именуемое "вред здоровью", порождает определенные последствия. Однако любое из этих последствий (потеря зрения, слуха и пр.) по своей сути тоже повреждение здоровья. Иными словами, вред здоровью есть то, что влечет за собой... вред здоровью.
    Еще одно терминологическое изменение - замена понятия "душевная болезнь" на "психическое расстройство". Термин "душевная болезнь" архаичен и, безусловно, подлежал замене. На первый взгляд, она кажется удачной, ибо "психическое расстройство" - современное психиатрическое понятие, которое соответствует международным медицинским стандартам (действующей Международной классификации болезней, травм и причин смерти). Однако в ходе этой терминологической модернизации не было учтено одно обстоятельство. Толкование термина "душевная болезнь" позволяло совершать своего рода "семантический маневр", очень важный для правильной квалификации рассматриваемой группы преступлений: к "душевным болезням" были отнесены не все психические заболевания, а лишь наиболее тяжелые из них. Этим закладывалась основа деления всех психических расстройств, возникающих у потерпевшего вследствие совершенного в отношении его преступления, на три вида, которые соответствовали трем категориям тяжести "телесного повреждения": тяжкое, менее тяжкое, легкое. Сама душевная болезнь относилась к тяжкому повреждению (ст. 108 УК РСФСР); иные психические расстройства, уступающие ей по тяжести болезненных проявлений, к двум другим категориям повреждений - менее тяжкому (ст. 109) и легкому (ст. 112).
    С появлением в новом УК РФ понятия "психическое расстройство" такой "семантический маневр" стал невозможным. "Психическое расстройство" - универсальная категория, которая включает в себя все болезни, сопровождающиеся нарушениями психики, независимо от их тяжести, продолжительности и других характеристик. Путь к былому членению психических расстройств на три категории оказался закрыт. В УК РФ психическое расстройство потерпевшего стало самостоятельным и "самодостаточным" уголовно-правовым признаком, позволяющим квалифицировать преступное деяние как причинение тяжкого вреда здоровью без каких-либо дополнительных условий.
    В результате теперь к тяжкому вреду необходимо относить любое психическое расстройство потерпевшего, даже если реально оно выражается в непродолжительном и неглубоком нарушении психики. Этот подход отражен и в подзаконных нормативных документах, посвященных вопросам определения степени тяжести вреда здоровью.
    Так, согласно подп. "а" п. 4 Правил определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, утвержденных Постановлением Правительства РФ от 17 августа 2007 г. N 522, самостоятельным квалифицирующим признаком тяжкого вреда здоровью является "психическое расстройство". В соответствии с требованием, содержащимся в п. 3 Правил, Министерство здравоохранения и социального развития РФ своим Приказом от 24 апреля 2008 г. N 194н <2> утвердило Медицинские критерии определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека (далее - Медицинские критерии). В п. 6.8 этого документа к тяжкому вреду отнесено "психическое расстройство, возникновение которого должно находиться в причинно-следственной связи с причиненным вредом здоровью, т.е. быть его последствием".
    --------------------------------
    <2> Приказ зарегистрирован в Минюсте РФ 13 августа 2008 г. Регистрационный N 12118.

    Сложившаяся ситуация парадоксальна. Кратковременное психическое расстройство (например, психогения, возникшая в результате вызванной преступлением психической травмы и приведшая к утрате трудоспособности на одну неделю) по степени тяжести вреда здоровью приравнено к потере зрения. Действия виновных в обоих случаях должны получать одинаковую уголовно-правовую квалификацию, что вступает в резкое противоречие с принципами справедливости и гуманизма и расходится с логикой здравого смысла.
    Как же разрешается данное противоречие? Зачастую его попросту стараются не замечать. Например, в упоминавшемся учебно-практическом комментарии к УК РФ говорится, что степень тяжести такого повреждения здоровья, как психическое расстройство, должна оцениваться экспертным путем (судебно-медицинским экспертом с участием психиатра) <3>. Однако согласно ст. 111 УК психическое расстройство не имеет степеней. Подтверждается эта позиция и в ст. 112 УК, где говорится: "Умышленное причинение средней тяжести вреда здоровью, не опасного для жизни человека и не повлекшего последствий, указанных в статье 111 настоящего Кодекса...". Как уже отмечалось, в числе последствий, указанных в ст. 111, фигурирует и "психическое расстройство". Следовательно, оно дважды (в тексте двух статей УК РФ) безоговорочно отнесено законодателем к категории тяжкого вреда здоровью. Это обстоятельство авторами комментария, по сути, игнорируется.
    --------------------------------
    <3> Учебно-практический комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации. М., 2005. С. 336.

    Другое дело, что тогда, когда буквальное толкование текста закона столь явно, как в рассматриваемом случае, расходится со здравым смыслом, предпочтение необходимо, по нашему мнению, отдавать здравому смыслу. Однако совершенно не замечать самого факта вопиющего противоречия тоже нельзя. И потому следует признать: ст. 111 УК РФ нуждается в безотлагательных изменениях.
    Можно ограничиться минимальными терминологическими поправками: "психическое расстройство" заменить на "тяжелое психическое расстройство". Это даст возможность к категории тяжкого вреда здоровью относить не все нарушения психики, которые современная психиатрия квалифицирует как болезненные <4>, а только те из них, коим свойственны наиболее тяжелые и выраженные болезненные проявления.
    --------------------------------
    <4> В действующей Международной классификации болезней (МКБ-10) психические расстройства составляют самостоятельный класс заболеваний (Класс V рубрики F00-F99).

    Термин "тяжелое психическое расстройство" российскому законодательству известен. Он встречается, например, в Законе РФ "О психиатрической помощи и гарантиях прав граждан при ее оказании" (ч. 4 ст. 23 и ст. 29). Употребляется он и в ведомственных нормативных документах. При этом под тяжелыми понимаются психические расстройства, сопровождающиеся наиболее глубокими поражениями психики. В психиатрии их именуют расстройствами психотического уровня, т.е. болезненными нарушениями, свойственными наиболее выраженному виду психических расстройств - психозам (а также аналогичному по глубине поражения психики слабоумию). Таковы медицинские (клинические) характеристики рассматриваемого понятия. В праве психотическому уровню примерно соответствуют психические заболевания такой глубины (тяжести), которая лишает больного способности к свободному волеизъявлению <5>. В зависимости от отрасли права и конкретной юридически релевантной ситуации, тяжелые психические расстройства обусловливают: недееспособность, невменяемость, беспомощное состояние потерпевшего. При этом в каждом из трех перечисленных случаев критерии тяжелого психического расстройства (медицинский и юридический) отличаются спецификой и полностью не совпадают между собой.
    --------------------------------
    <5> Котов В.П., Мальцева М.М. Дискуссионные аспекты понятия "душевное заболевание" в современной психиатрии // Журнал невропатологии и психиатрии им. С.С. Корсакова. 1989. N 5. С. 145 - 148; Законодательство Российской Федерации в области психиатрии: Комментарий. М., 2002. С. 187.

    При квалификации вреда психическому здоровью как тяжкого (ст. 111 УК) тоже целесообразно воспользоваться термином "тяжелое психическое расстройство". Его конкретизированные медицинские критерии будут отличаться от критериев психических расстройств, несовместимых с вменяемостью, дееспособностью или беспомощным состоянием. Сами эти конкретизированные критерии следует закрепить в соответствующих нормативных документах, и прежде всего - в упоминавшемся приложении к Приказу Минздравсоцразвития РФ от 24 апреля 2008 г. N 194н (Медицинские критерии).
    Самостоятельный квалифицирующий признак тяжкого вреда здоровью - опасность для жизни (ч. 1 ст. 111 УК). Медицинские критерии (п. 6.1) выделяют: "Вред здоровью, опасный для жизни человека, который по своему характеру непосредственно создает угрозу для жизни, а также вред здоровью, вызвавший развитие угрожающего жизни состояния". Может ли психическое расстройство, возникшее в результате преступления, угрожать жизни потерпевшего? Согласно данным современной медицинской науки подобное возможно лишь при одновременном наличии у него психических и соматических нарушений. Например, при введении в организм человека некоторых токсических веществ иногда развиваются тяжелые психические расстройства, которые в сочетании с нарушениями вегетативной нервной системы и патологическими изменениями внутренних органов могут быть опасными для жизни <6>.
    --------------------------------
    <6> Смирнова Т.А., Цыро И.В. Психические расстройства как следствие насилия: судебно-психиатрическая экспертиза потерпевших по определению тяжести вреда здоровью // Российский психиатрический журнал. 2003. N 4. С. 35.

    Вместе с тем при некоторых психических расстройствах может наблюдаться своеобразный вариант опасности для жизни в форме "поведенческой" опасности психически больного. К примеру, в отдельных случаях введения в организм потерпевшего токсических веществ возникает кратковременное острое психическое расстройство, делающее больного опасным для себя и (или) окружающих. Здесь болезненное расстройство порождает нарушения поведения, угрожающие жизни самого больного (возможность совершения им суицида) либо жизни других людей (агрессивное поведение по отношению к окружающим).
    С одной стороны, этот вариант опасности для жизни должен рассматриваться в качестве признака (критерия), усиливающего тяжесть вреда здоровью потерпевшего. Однако, с другой стороны, такой вариант отличается от традиционно понимаемого в судебной медицине вреда, опасного для жизни потерпевшего. Традиционно понимаемая опасность для жизни связана с физическими травмами и соматическими нарушениями ("соматическая" или "физическая" опасность). Здесь физическое повреждение создает в самый момент его нанесения непосредственную угрозу для жизни или вызывает развитие патологического состояния, угрожающего жизни потерпевшего. По сравнению с этой "соматической" опасностью пострадавшего от физической травмы лица при "поведенческой" опасности психически больного оказываются иными:
    - механизм возникновения и реализации "опасности для жизни" (через поведенческие нарушения, вызываемые психическим расстройством, которое, в свою очередь, является следствием преступления);
    - круг лиц, жизни которых угрожает опасность (это не только сам потерпевший, но и окружающие его лица).
    Причем рассматриваемый вид опасности может наблюдаться при кратковременных психических расстройствах, как в приведенном примере с интоксикационным психозом, а также при длительно протекающих болезненных процессах (стойких, хронических и т.п.).
    Думается, что "поведенческая" опасность для жизни как признак, утяжеляющий степень вреда здоровью, нуждается в дополнительном междисциплинарном анализе с последующим закреплением в нормативных правовых документах, посвященных критериям тяжести вреда здоровью потерпевшего.
    Статьи УК РФ, посвященные причинению вреда здоровью средней тяжести и легкого вреда (к примеру, ст. ст. 112 и 115), в принципиальных изменениях, видимо, не нуждаются и о психических расстройствах в них можно вообще не упоминать. Дело в том, что из ключевой для всех этих статей - ст. 111 - недвусмысленно следует, что тяжкий вред состоит из двух видов патологии - соматической и психической. Следовательно, аналогичные два вида должны сохраняться и в качестве составляющих элементов вреда средней тяжести и легкого вреда, так как от тяжкого вреда здоровью оба они отличаются не содержательной стороной болезненных нарушений (их структурой), а тяжестью. Конкретизированные критерии всех категорий психических расстройств потерпевшего (тяжких, средней тяжести, легких) необходимо закрепить в ведомственных нормативных документах, прежде всего - в Медицинских критериях.
    Возникает вопрос: как определять степень тяжести психического расстройства потерпевшего до внесения в Кодекс и ведомственные нормативные акты требуемых изменений? Практическим работникам можно посоветовать следующую временную меру: опираться в качестве критерия степени тяжести на степень и длительность утраты трудоспособности. Этот критерий носит общий характер. Он лежит в основе деления вреда здоровью на три категории применительно к тем случаям, когда полученное потерпевшим повреждение не имеет конкретного наименования, зафиксированного в УК в качестве самодостаточного для уголовно-правовой квалификации. В результате психические расстройства, вызвавшие значительную стойкую утрату общей трудоспособности не менее чем на одну треть либо полную утрату профессиональной трудоспособности, в соответствии с общими критериями ст. 111 УК попадут в разряд тяжкого вреда здоровью. Психические расстройства, вызвавшие длительное расстройство здоровья или значительную стойкую утрату общей трудоспособности менее чем на одну треть, будут отнесены к вреду здоровью средней тяжести (ст. 112 УК). А психические расстройства, приведшие к кратковременному расстройству здоровья или незначительной стойкой утрате общей трудоспособности, по критериям ст. 115 УК станут квалифицироваться как легкий вред здоровью.
    Предложение о необходимости использовать содержащиеся в ст. ст. 111, 112 и 115 УК показатели утраты трудоспособности в качестве критерия тяжести вреда здоровью потерпевшего неоднократно высказывалось и в судебно-психиатрической литературе. В качестве дополнительного и даже альтернативного предлагался также критерий степени нарушения социальной адаптации, особенно в отношении несовершеннолетних, не достигших трудоспособного возраста <7>.
    --------------------------------
    <7> Смирнова Т.А., Цыро И.В. Указ. соч. С. 35 - 36; Ткаченко А.А., Яковлева Е.Ю. Методология и мишени экспертного анализа при судебном комплексном сексолого-психиатрическом освидетельствовании потерпевших - жертв сексуальных посягательств // Клиническая и судебная психиатрия в научном наследии профессора Т.П. Печерниковой. М., 2009. С. 192 - 197.

    Этот новый "семантический маневр" отступает от буквального толкования текста закона, ибо УК РФ диктует необходимость считать любое психическое расстройство потерпевшего, вызванное преступлением, тяжким вредом здоровью. Однако это отступление носит вынужденный характер, так как оно позволяет решить важную задачу: в непростой ситуации, обусловленной неудачной редакцией ст. 111, сохранить соответствие уголовно-правовой квалификации психического расстройства потерпевшего основополагающим правовым принципам и элементарной логике.
    Подведем итоги. Статья 111 УК приравнивает всякое психическое расстройство, независимо от его продолжительности, глубины и других медицинских характеристик к тяжкому вреду, причиняемому преступлением здоровью потерпевшего. Это противоречит фундаментальным правовым принципам справедливости и гуманизма, а также логике здравого смысла.
    Действующая редакция ст. 111 УК нуждается в срочных изменениях. Один из возможных вариантов состоит в замене термина "психическое расстройство" другим - "тяжелое психическое расстройство", что позволит заложить основу последующего распределения всех психических расстройств по трем категориям вреда здоровью, предусмотренным УК. Критерием деления может служить степень и длительность утраты потерпевшим трудоспособности или степень нарушения его социальной адаптации. Более подробно медицинские критерии должны регламентироваться ведомственными нормативными документами.
    В случаях возникновения у потерпевшего психического расстройства, причиненного преступлением, "опасность для жизни" может служить самостоятельным квалифицирующим признаком тяжкого вреда здоровью только в сочетании с соматической патологией, которая явилась следствием того же преступления. В современной судебной психиатрии признано, что сами по себе психические расстройства потерпевшего не могут иметь смертельного исхода.
    Исключение составляет ситуация, когда потерпевший опасен для себя или окружающих. Здесь опасность характеризуется своеобразием механизма ее возникновения и реализации, а также более широким кругом лиц, жизнь которых ставится под угрозу. Этот специфический вид опасности требует дополнительного междисциплинарного изучения с последующим его закреплением в нормативных документах, посвященных критериям определения тяжести вреда, причиняемого здоровью потерпевшего.
    До внесения в действующий уголовный закон необходимых изменений при членении психических расстройств на три категории можно руководствоваться критериями степени и длительности утраты трудоспособности, которые предусмотрены ст. ст. 111, 112 и 115 УК РФ.

Приобрести эффективные лекарства для лечения этого заболевания

Пригласить в друзья
Добавьте сообщение: